Внимание, сейчас вылетит птичка!

Человек – существо увлекающееся, и, наверняка, каждый хоть раз в жизни пробовал заняться каким-нибудь хобби. Правда, не всегда для него находится время – семья, работа или учеба чаще всего «съедают» нас. Пожалуй, везунчиками можно назвать тех, кто совмещает приятное с полезным, зарабатывая на жизнь своим увлечением. К таким людям с полным правом можно отнести Александра Фёдорова – одного из самых известных молодых фотографов в Сысерти. С ним мы побеседовали о том, как превратить хобби в профессию.

Александр Федоров в 2006 году закончил ЕТХМ, в 2009 году – экономический факультет УГТУ-УПИ. Сейчас, помимо фотографии, преподает экономику в техникуме и основы фотографии в Центре детского технического творчества. Кроме того, он – председатель общественной молодежной приемной и член Актива работающей молодежи.

Александр увлекается спортом: он стал инициатором конкурса на звание лучшего болельщика «Фанат». Ежегодно участвует в районном слете по водному туризму, где уже выиграл три медали: бронзу в 2007 году, серебро – в 2010, и золото в нынешнем году.


- Многие профессионалы фотографируют с самого детства, а как все началось у тебя?

- Когда-то отец начал заниматься пленочной фотографией, но мне это было не очень интересно. Потом у меня появился телефон с фотокамерой. Начал «щелкать» на нее. Однажды заснял сноубордистов для «Недели Сысертской», ее редактор оценила работу, посоветовала продолжать заниматься фотографией. В 2007 году, по дороге на туристические соревнования в К.-Уральский, купил фотоаппарат. Не выбирал особо, просто знал, что в нем должно быть. Правда, оказалось, что батарейки не заряженные – расстроился. Фото с Ревуна, естественно, не сделал. Вернулся, начал пользоваться новой камерой, сначала – на «автоматическом» режиме.

- Но ведь мало нажимать просто на кнопочку, надо как-то повышать мастерство. Ты читал какие-нибудь книги или, может, учился у кого-то?

- Конечно, читал, когда не понимал что-то. Периодически покупаю журналы «Digital Photo» и «Российское фото». А всякие школы – это пустая трата денег. Конечно, признанных мастеров стоит послушать, если они действительно готовы что-то полезное рассказать. Я же просто начал выкладывать свои работы на сысертский форум, познакомился там с Романом Фоменко. Он делился своими секретами фотомастерства. Ведь если книжку почитать – это одно, а с живым человеком пообщаться – совсем другое. Потом познакомился с другими – Андреем Блюмбергом, Николаем Михайловичем Вотяковым. С последним, кстати, наша семья дружила, и у меня была возможность учиться у него. Но я был маленький, глупый и не воспользовался ею.

- Фотография могла остаться просто увлечением, а у тебя – превратилась в работу. Как это произошло?

- Мы сначала природу снимали, потом – устраивали индивидуальные фотосессии для девушек. Потом начал ходить на мероприятия в ДК, но сперва работал за «просто так». В 2009 году уволился с работы, по сути, ушел в никуда. Понял, что мне нужна подвижная работа, а фотография – как раз из таких. Прикупил себе новый объектив, а тут и случай поработать на свадьбе подвернулся. Родственники пригласили, но я был на «вторых ролях», снимал для себя. Я еще ни разу, кстати, не приходил на свадьбы обычным гостем, все время фотографировал. Людям понравилось, начали приглашать знакомые, которых у меня очень много. Вообще, коммуникабельность для фотографа – большой плюс.

- Свадьбы – отличный источник заработка для фотографа. На скольких торжествах ты уже побывал, и что запомнилось больше всего?

- Наверное, больше тридцати свадеб набирается. Это только в нынешнем году они «встали на поток», до этого три года их было не так уж и много. А больше всего мне запомнилась моя вторая свадьба, понравилось, как сам отработал. Получились очень живые и яркие фото. Одна из них – жених на велике уезжает от невесты. Считаю ее одной из лучших в своем творчестве. Я ведь не из тех фотографов, кто четко руководит процессом: «Встань так, подбородок вправо, взгляд в влево…». Ведь если людям реально нужен хороший результат – они тоже должны участвовать в фотосессии, сами двигаться. Главное, не стоять истуканами, надеясь, что фотограф сам все сделает. Если у вас нет эмоций, фотограф не сможет их передать на снимке.

- Ты занимаешься только свадьбами?

- Еще сотрудничал и продолжаю сотрудничать с ГЦД, работаю на всех мероприятиях. Естественно, уже за плату. Ходил в «Магнит», где тоже можно сделать классные снимки, ездил на интересные для меня соревнования – футбол, водник, триатлон. Понял, что мой приоритет – коммерческая фотография. Я, конечно, не единственный фотограф в городе, но, пожалуй, один из немногих, кто всегда свободен. Могу в любой момент «задвинуть» свои дела и сорваться на съемку.

- Фотография – затратное дело, хорошая техника стоит дорого. А у тебя сейчас весьма богатый арсенал объективов и прочих «примочек». Как находил финансы на развитие?

- Чисто одним «щелканьем» на свадьбах и мероприятиях в Сысерти много не заработаешь. В марте 2010 года участвовал в тренинге в поддержку молодых предпринимателей, но их перестали проводить. В сентябре этого же года еще один тренинг состоялся, и там можно было побороться за областной грант в триста тысяч. Я прошел все этапы, в финале защищал бизнес-план про съемку свадеб. Выиграл грант 150 тысяч рублей.

- Как ты ими распорядился?

- Купил технику: аккумулятор, студийный свет, объективы. Теперь могу снимать в любой точке и не бояться, что где-то не будет электричества. Еще приобрел полиграфическую технику. За все затраты, естественно, отчитываюсь. Надеюсь, что в скором времени смогу оборудовать и открыть свою фотостудию.

- Итак, в твоих дальнейших профессиональных планах – собственная фотостудия. Это все или есть еще какие-то мечты?

- Хорошо было бы приучить Сысерть к выставкам, создать галерею. Но это неприбыльно. Ведь нужно отдавать деньги за печать фотографий, аренду помещения. Причем, если это делать, то надо постоянно менять фотографии, а не выставлять всегда одни и те же. Очень хочется сделать выставку «Церкви района», чтобы народ узнал, какие интересные храмы есть в наших краях. Надеюсь, у меня все получится. В любом случае, буду двигаться дальше.

(с) газета "Маяк", 22 июля, 2011 г.

Чистых тебе улиц, Сысерть!

- Как жаль, что начался дождь! И зрителей совсем мало осталось у сцены, – сетовала я, встречая одного из гостей Дня города – Анатолия Филипенко, заслуженного артиста России.
- Главное, что не ураган и не лесной пожар, – отвечает Анатолий Леонтьевич. – До моего выступления больше часа – распогодится еще!
Времени даром мы решили не терять, забрались в теплую машину и под шум дождя поговорили о поездках, концертах и, конечно же, об имениннице – Сысерти.
 
Творческая деятельность заслуженного артиста России Анатолия Филипенко началась в родной Украине, где еще в юношеские годы он участвовал в спектаклях Днепропетровского Государственного драматического театра. Любовь к народной музыке, песням, романсам стала его призванием. С 1975 года, по окончании Ленинградского государственного института театра, музыки и кинематографии, Анатолий Леонтьевич плодотворно работает в музыкальных театрах Ленинграда, Днепропетровска, Волгограда и Екатеринбурга. Несколько лет Анатолий Филипенко успешно сотрудничал с квартетом «Урал», исполняя русские народные песни и романсы. Однако наиболее плодотворным получилось сотрудничество c ансамблем народных инструментов «Изумруд». Вместе с музыкантами артист объехал полмира. Сейчас Анатолий Филипенко занимается сольной карьерой и является ведущим артистом Свердловского Академического театра драмы.

- Анатолий Леонтьевич, как вас «занесло» из Украины на Урал?
- После учебы в Петербурге вернулся на родину. Женился. А жена была родом из Чернобыля. После той страшной аварии она не захотела оставаться на Украине, уговаривала уехать туда, где спокойнее. Так и получилось – она оказалась на Кавказе, а я – на Урале, где «второй раз замуж вышел» да еще и дочкой обзавелся! Дочка, кстати, хоть по стопам отца и не пошла, но часто ездит вместе с ним на концерты, помогает советом на репетициях, а порой еще на бэк-вокале подпевает.
- Часто на гастроли ездите?
- Раньше – чуть ли каждый день концерт был. Могли приехать из одного города и тут же умчаться в другой. Иногда вообще домой не заезжали. Но в Москву, например, езжу один. Надо ведь дочери и своей жизнью заниматься.
- Но ваши концерты не ограничиваются только Российской Федерацией?
- Конечно, нет! С ансамблем «Изумруд» мы побывали в Венгрии, Индии, Швеции, США, Австрии, Южной Корее, Болгарии, Испании, Германии, Израиле… В США, в одном городке, неподалеку от Сан-Франциско, меня даже почетным жителем города признали!
- Каждый артист может рассказать пару-тройку историй из своих гастролей. Что вам запомнилось больше всего?
- Пожалуй, их было две – в Индии и в Испании. На родине Сервантеса хоть и не все понимали (я пел на английском и русском), но так благодарно и внимательно слушали! В Индии ситуация была еще тяжелее, я хотел сделать что-то, чтобы индусы отреагировали. В одной песне была строчка «О, поцелуи, о поцелуи…» – Анатолий приятным баритоном вместо строчки поет целый куплет, а затем продолжает рассказ. – Я заменил ее английскими словами. Как только они услышали слова «kiss me» – сразу подхватили и стали подпевать! Впрочем, и на русской земле случались забавные казусы. Идет концерт, я пою. И вдруг вырубилось абсолютно все электричество – музыка, свет. А я продолжаю петь! Потом зрители кричали и визжали, что без микрофона лучше слышно!
- Вы поете только известные романсы или есть и свои?
- Раньше пел известные шлягеры, выпустил два альбома. А вот год назад вышел третий, где только мои композиции, слова и музыку которых сочинили для меня уральские авторы. Вот и на вашем Дне города как свои спою, так и известные, чтобы подпевать смогли.
- Ни разу не хотелось сменить профессию?
- Я могу быть только продавцом помидоров. Но ввиду того, что я их быстрее съем, чем продам – бизнес мой явно погорел бы. Только артистом быть и остается.
- Вы не только певец, но и актер театра. Предпочитаете петь романсы или играть спектакли?
- Дело в том, что почти во всех спектаклях я еще и пою, соединяю приятное с полезным. К тому же, сначала я в Музыкальном театре был, а уже потом в Театр драмы перешел. Так что, приходите на мои спектакли!
- 12 июня мы празднуем не только День России, но и день рождения Сысерти. Что пожелаете нашему городу?
- Однажды я оказался в маленькой европейской деревеньке на десять домиков, там бабушки седовласые на каблучках да при макияже в церковь на вечерню молитву ходили. И улочки были все чистые-чистые! Хочется, чтобы и ваши бабушки могли и хотели так жить! Чтобы улицы Сысерти были чистыми, светлыми и наполнялись цветами, а дома были ухоженными и красивыми. Желаю процветания городу и его жителям. С днем рождения, Сысерть!

(с) газета "Маяк", 28 июня 2011 г.

Мекка для студентов-астрономов

Коуровская обсерватория существует уже 45 лет и за это время превратилась из просто учебного подразделения в полноценный научный астрономический центр. Почти каждый наш студент-астроном хоть раз да бывал в ней. Впрочем, приезжают в Коуровку из многих уголков мира. О том, как живет обсерватория и почему ее называют Меккой студентов-астрономов, мы поговорили с Александром Васильевичем Локтиным, заведующим отделом звездной астрономии и астрофизики, и Татьяной Сергеевной Полушиной, ученым секретарем обсерватории.


- Александр Васильевич, сколько телескопов на вооружении уральских астрономов?

- Начнем с того, что совсем недавно у нас установлен новый телескоп с диаметром главного зеркала 1.2 метра с возможностью наблюдений в главном фокусе и двух фокусах Нэсмита. Телескоп оснащен оптоволоконным спектрографом высокого разрешения. Конечно, это не самый большой телескоп, но он существенно расширяет возможности наших исследователей. Кроме того, в нашем распоряжении два телескопа с диаметрами зеркала 70 и 45 см, астрогеодезический и солнечный телескопы, камера для наблюдения искусственных спутников Земли и двойной телескоп-робот.

- В Коуровской обсерватории проходят практику все студенты-астрономы нашего университет, так как сотрудники тесно сотрудничают с преподавателями УрГУ, создавая уникальное сочетание науки и образования. По каким направлениям ведутся исследования?

- Мы изучаем звезды и звездные скопления, астероиды, Галактику в целом, солнечную активность (те же пятна) и ее влияние на Землю. Кроме того, следим за искусственными спутниками Земли. С их помощью на Земле работает интернет, сотовая связь, телевидение и надо, чтобы они находились в определенной точке неба. Но спутники подчас не желают находиться там, где нужно. Поэтому необходимо исследование поведения спутников на их орбитах. Занимаемся федеральными заказами, участвуем в совместных международных астрономических исследованиях, да и у каждого сотрудника есть «своя» тема, которые тоже разрабатываются.

Говорить что-либо о конкретных исследованиях уральских астрономов - нет смысла, так как нельзя выделить самый интересный или скучный проект. Для каждого ученого именно его работа - самая интересная и захватывающая.

- Когда думаешь о наблюдении за звездами, по незнанию представляешь себе астронома, прильнувшего к телескопу. Татьяна Сергеевна, а как же на самом деле ведутся наблюдения

- В наши телескопы не посмотришь, как в школьные - через окуляр. Наблюдения ведутся при помощи компьютеров. Иногда это разочаровывает посетителей, которые представляют себе астронома - как человека, прильнувшего к большой трубе. Раньше действительно смотрели так, это было достаточно трудно. Представьте: в холод, ученый находился в помещении, которое не отапливается (рядом с оборудованием не должно быть обогревателей, это вредит наблюдениям). Астроном стоит на стремянке, и держаться за телескоп нельзя, потому можно легко сдвинуть его с намеченной позиции. Оттуда можно упасть, и падения были. Но сотрудник никогда не хватается за телескоп, чтобы удержаться. Для тепла одевают обогревающую жилетка и электротапочки. Ногам и груди тепло, а вот руки и лицо мерзнут нещадно. Но чем не пожертвуешь ради науки? Тем более что чем морознее ночь, тем лучше и качественнее результаты наблюдения. Таким образом проводились наблюдения раньше. Сейчас хотя и есть компьютеры и большую часть времени проводим за ними, но все еще наблюдаем и старым способом тоже.

- Одна из главных проблем в российской науке – отсутствие молодых ученых. Как с этим обстоят дела в Коуровке?

- Не скажу, что плохо. Но и не совсем хорошо. Молодые ученые, конечно, есть. Но многие предпочитают уезжать за рубеж или уходить на более высокооплачиваемую работу, так как зарплата у научных сотрудников более, чем скромная. Надолго в обсерватории остаются фанаты своего дела, каждый из которых немножко сумасшедший. Впрочем, это хорошо, именно на таких энтузиастах держится российская наука.


- В честь сотрудников обсерватории названо 4 планеты и еще одна носит имя Коуровка. Каким образом происходит появление «своих» планет?

- Вот те бумажки, которые покупают за большие деньги и где, якобы, указано, что вашим именем названа планета – обман. Истинной ценности и признания такая вещь не имеет. Для начала надо открыть планету, чем и занимаются ученые. Астроном, обнаруживший новую планету, имеет право назвать ее по своему желанию. Но все имена все равно рассматриваются комиссией сначала на федеральном уровне, а затем в специальной комиссии Международного астрономического союза. И уже он принимает окончательное решение. В честь профессора К.А.Бархатовой названа малая планета №5781 Barkhatova, в честь директора обсерватории П.Е.Захаровой — малая планета №4780 Polina, в честь доцента Н.Б.Фроловой — малая планета №6165 Frolova. В 1996 г. малой планете №4964 было присвоено имя Kourovka в честь самой обсерватории.


- Коуровскую обсерваторию назвали Меккой для студентов-астрономов России. С чем связано это название?

- В первую очередь, с ежегодной зимней научной конференцией «Физика Космоса», которая в 2011 году будет 40-я по счету. Все это время в нашей обсерватории собираются ведущие ученые, активные студенты и аспиранты со всей России, ближнего и дальнего зарубежья. Это своего рода кастинг: ученые «присматривают» аспирантов, студенты выбирают научных руководителей и учатся делать доклады о своей работе. У нас нет разделения – студенты отдельно, академики – отдельно. Все вместе, в одном котле. И согласитесь, приятно, когда вопрос тебе, юному ученому, задает уважаемый академик. Кроме того есть и культурная программа, где есть общий костер, где каждый может показать свои таланты - спеть, стихи прочитать. Они, кстати, часто появляются в итоговом сборнике тезисов конференции.

В общем-то, это уникальная и интересная образовательная программа для студентов, которая всем нравится. Это возможность войти в общество астрономов, найти то, что действительно интересно тебе, пообщаться со старшими коллегами и узнать о молодых талантах. Поэтому к нам стремятся попасть со всех уголков мира. Чем не Мекка для астрономов?


(с) интервью, к сожалению, не вышло ни в одном СМИ.

Просто тает во рту!

«Хорошо рыбакам – даже у них есть свой праздник, - вздыхаю я, разворачивая конфету. – А как же мы, сладкоежки? Быть может и у нас будет свой праздник?».  Впрочем, вздыхала я недолго, ведь оказывается 11 июля это не только День рыбака, но и Всемирный день шоколада.  Он появился в 1995 году на родине лучших гурманов и поваров мира – во Франции и существует до сих пор, на радость всем сладкоежкам.

Отметить эту необычную дату очень просто – нужно обязательно съесть что-нибудь сладкое, да побольше. А где же найти самый вкусный десерт? Наверное, в доме у Ирины Ожгибесовй, жительницы Осы. Вот уже девять лет она увлекается приготовлением тортов и, как заверяют ее друзья и знакомые, они просто тают во рту.

- Раньше я их почти не готовила, но вот когда вышла замуж, захотела побаловать свою вторую половину. Раз попробовала – всем понравилось, два попробовала… - говорит умелица, угощая очередным своим шедевром. - А теперь уже и втянулась. Сейчас у нас в семье покупать торт в магазине - смысла нет, проще и вкуснее сделать его самой. На это ведь уйдет всего час или два, а зато сколько радости у гостей будет!

А радуются близкие не только великолепному вкусу ее творений, но и их разнообразию. Ирина Викторовна всегда старается пробовать что-то новое, на каждый праздник – свой торт. Ну а если какой-то рецепт особенно понравился близким, то она не прочь и повторить свою работу «под заказ».  

- Я не всегда все делаю строго по рецепту, - рассказывает Ирина Викторовна. – Тут надо же не в книжку смотреть, а на то, что делаешь. К примеру, если корж получается суховатым, то я добавляю сиропа, потому что торты всегда должны быть мягкими и таять во рту.  Вообще, стараюсь их всегда делать накануне, чтобы они напитались кремом и стали более нежными.

Это, кстати, один из секретов мастерства осинской умелицы.  Но можно отмерять продукты с точностью до грамма, а время приготовления – по секундам и все равно что-то получится не так.  Ведь для того, чтобы приготовить по-настоящему вкусный торт, нужны не только продукты:

- Многое зависит от того, с каким желанием ты начинаешь готовить, - делится Ирина Викторовна. - Вот уже не раз так получалось:  вот, вроде, делаю торт, все, как положено, а настроение плохое, огонька нет внутри, и обязательно что-нибудь выйдет не так – либо крем подведет, либо с тестом какая-то ерунда будет.

Впрочем, подобные проблемы у Ирины Ожгибесовой возникают редко, зато есть другие, более насущные. Например, как найти хороший кондитерский мешок:

- Машинки и домики из тортов еще не делаю – уровень мастерства до этого не дошел. Пока ищу хороший кондитерский мешок и не могу найти такой, чтобы я  осталась довольна своими узорами, и  такая красота получилась бы, что даже есть не хотелось!

(с) газета "Осинское прикамье", № 79, 10 июля, 2010 г.

Вагон – наш дом

«Тук-туктук-тук…» - успокаивающе стучат колеса поезда, за окном проносятся деревья, реки, города. Кто-то из пассажиров пьет чай, кто-то играет в карты, спит, читает книгу. Кажется, кого-то не хватает. Конечно же, проводника – вечного спутника и помощника для любителей путешествий в вагонах поездов. Кто, как не он, встретит нас на перроне, проверит билеты, предложит чаю и разбудит перед остановкой? Хоть эта профессия и трудная, но все чаще в вагонах можно встретить совсем юных работников – ребят из студен­ческих отрядов проводников. В их числе Женя Костарев и Эдик Гариффулин - сысертские парни, бойцы СОП «Транзит». В этом году они примерили форму проводника и отправились в рейсы по России. О том, что романтичного и трудного они узнали, мы и поговорим. 

- Как вы оказались в отряде проводников?

Эдик: Учусь в Лесотехническом университете. Там, как и во многих ВУЗах, есть студенческие отряды. Наш называется «Транзит» . Посещаю его уже год и ничуть не жалею о своем выборе – интересное, увлекательное занятие. Весь учебный год мы готовились к «целине» - времени, когда отправимся в рейсы. А еще участвовали в различных соревнованиях, сборах…

Женя: Год нигде не учился, только сейчас поступил. А проводником стал абсолютно случайно – Эдик рассказывал о своем отряде и предложил вместе с ним отправиться в рейсы. Благо, командиры были не против и единственное, что мне надо было сделать – пройти курс обучения.

- То есть проводником может стать только студент, оказавшись в отряде?

Эдик: Да каждый физически здоровый человек может это сделать! Надо обратиться в резерв проводников – организация находится рядом с железнодорожным вокзалом, там объяснят, что надо делать и какие документы собрать. Хотя студентам проще – у них и стажировка меньше длится (у взрослых она месяца два), и веселее все проходит.

Женя: Так как я не студент, то отправился в резерв проводников. Меня направили на обучение, оно длилось два месяца. Ходил на лекции, а потом сдавал экзамен. После нужно было пройти медкомиссию и сдать множество анализов, даже побывать у венеролога. У меня на это ушло недели две. Успешно прошел все испытания - получил удостоверение «проводник пассажирского поезда» и отправился в первый, учебный, рейс.

- Куда вы съездили, чему научились?

Эдик: У нас был короткий рейс, маршрут «Свердловск-Нижневартовск». По правилам, мы должны были ходить «хвостиком» за проводником с утра до вечера, остальное время – отдыхать. На один вагон поставили двух студентов и «единичку» - одного взрослого.

Женя: Показали технические особенности вагона – как что включается, открывается, где что лежит, объяснили правила. Самая страшная вещь – электрощит. Теорию по нему читали, но вживую увидели только в вагоне. Потом все выучили. Когда я поехал во второй рейс, уже интуитивно с ним управлялся. А во время первого – ответственности никакой, и делать почти ничего не надо было. Думали, так будет всегда, но, как водится, ошиблись. Когда приехали из Анапы – это вторая поездка – вместо того чтобы отправиться домой, семь часов мыли вагон!

- Почему так долго?!

Женя: Чтобы он идеальный был. Мыли все полки, столы, пол, тамбур. На приборку ушло часов пять, а два часа его принимали другие проводники – проверяли каждую щелку.

- В чем заключается работа проводника поезда?

Эдик: Принять пассажиров, проверить их документы, выдать постельное, соблюдать порядок, будить за полчаса до прибытия. Обычно работают двойками – по 12 часов, сменяя друг друга.

Женя: Во время второго рейса у нас не хватило людей, поэтому спали только шесть. Сильно устаешь уже на третий день поездки, а самый сложный период – два часа ночи, когда за окном ничего не видно и просто жутко хочется спать.

- Кстати, о второй поездке в Анапу. Что было самого трудного и легкого?

Женя: У меня был полный вагон детей и два взрослых. Атмосфера относительно тихая и спокойная, насколько это возможно с детьми. Самым трудным было выйти на посадку в Анапе - боялся напутать с документами и блетами, посадить людей неправильно.

Эдик: А самым легким – пить чай! В Анапе мы стояли шесть часов, но на море не побывали. Во-первых, мы еще новички, во-вторых, вплоть до отправки мыли вагоны.

- Как часто вы отправляетесь в рейсы, есть какой-то график?

Эдик: До сентября, по три рейса в месяц. Семь дней ездим, три дня отдыхаем. За это нам, конечно же, заплатят какую-то сумму, но никто точно не говорит какую. Да и не из-за денег, в общем-то, езжу.

Женя: Да, тут есть своя романтика – обычное окно превращается в «телевизор», постоянно картинка меняется, чаепитие, общение с коллегами и пассажирами… Хоть и сильно устаю, но мне нравится. А люди тут годами работают. Они, кстати, все очень разные – бывшие госслужащие, инженеры... Кто-то приходит сюда по желанию, кто-то от отчаяния. Кадровые работники получают от 15 тысяч и выше, но почти не бывают дома. Да и мы родных почти не видим. На планерке сразу сказали: «Вагон - это ваш дом».

Возможно, что кто-то из ребят покатается годик-два, а после забудет об этом. А для кого-то стук колес, покачивание поезда и вагон станут любимым делом на всю жизнь.

(с) газета "Маяк", 30 июля, 2009 год. г. Сысерть. 

Больно. Дорого. Навсегда

 Игла на коже оставляет свой след.

Теперь понимаешь – назад пути нет:

Мастер колдует над телом твоим,

Рисунок навеки с тобой неделим…

(к/ф «Ворон»)

Все чаще на улицах мы видим молодых людей, украшенных татуировками. Старшее поколение напряженно смотрит на каждого, у кого есть такой рисунок на теле, не понимая для чего и зачем это делается. Это не только мода, это - одна из возможностей стать уникальным. Татуировка – не просто рисунок. Появившись на коже, она становится с тобой единым целым, частью твоего тела и совсем не важно, чтобы ее значение было понятно окружающим. Это таинство, и у большинства людей после ее нанесения происходят перемены в жизни. Самые различные… Завораживающий звук работающей машинки оказывает такое же влияние на человека, как мелодия флейты на кобру. А мистицизм появления рисунка на коже вселяет благоговейный трепет в душу каждому, кто решился на этот древний ритуал.

Больно. Дорого. Навсегда

Небольшая чистая комната в торговом центре, стеклянные стены, обклеенные фотографиями. А на фото – тигры, драконы, цветы, орнаменты, иероглифы… На входной двери загадочные надписи: «Клуб татуированных людей. Кто не с нами, тот скоро будет» и еще более устрашающее «Больно! Дорого! Навсегда!».

Открываю дверь и тут же оказываюсь перед столом хозяйки. Она улыбается мне и бодро говорит:

- Привет!

Тут всякое напряжение уходит прочь, передо мной не какое-то чудовище, а доброжелательный, интересный человек, мастер художественной татуировки Наталья (творческий псевдоним Валькирия). Вдоволь насмотревшись на фотографии работ, каталогов по тату, и под конец наткнувшись взглядом на книгу «Кожные венерические болезни», перевожу взгляд на хозяйку студии.

- Наташ, вот хожу по улицам, вижу много людей с татуировками. Все они разные - синие, черные, цветные, похожие на наклейки. Это все твои работы?

- Нет, - смеется она, - мои только те, что похожи на переводки яркого цвета с четкими черными контурами. За последние три года тату культура в Сысерти значительно выросла. Люди стали требовательнее относиться к нательным рисункам, отсюда желание сделать качественную татуировку или исправить ошибки молодости. Благо для этого теперь есть возможность. Кстати, где-то процентов 30 моих работ – исправления и перекрытие старых.

- А как к тебе пришла идея заняться татуировкой?

- Как всегда вмешался Его Величество Случай. Это все – Гоша! Гоша - мой сын, - уточняет она, и я замечаю на стене фото молодого человека с татуировкой на плече и очень довольной физиономией. - Несколько лет назад он поставил меня перед фактом, что пойдет делать татуировку. В принципе, против татуировок я ничего не имела, но пугало то, в каких условия у нас их делают и чем. Поделилась с друзьями, мнение было однозначным – займись этим сама, ты же художник. Нашла мастера-профессионала, смотрела как он работает, стала учиться у него, сразу же заказали из Америки профессиональное оборудование, материалы. Ну и понеслось… (улыбается)

- Но как же все-таки с сыном, кто ему сделал татуировку?

- Да, конечно же, я! Это была моя первая работа! - Наталья достает пухлый фотоальбом и быстро находит фотографию - цветного пятнистого ягуара на руке выше запястья.

- Доверился, но ему было больно, орал: «Кому нужна гравировка на кости?!» Сейчас вспоминаем - смешно! Но получилось хорошо. Главное – начать, а опыт приходит со временем. Я учусь постоянно, общаюсь с мастерами из Екатеринбурга, езжу на тату-конвенции в Москву и Питер. Там можно посмотреть, как работают профессионалы мирового уровня, пообщаться с ними, спросить совета.

Тут в студии появляются люди – ее близкие друзья – Паша и Соня. Дальнейший рассказ я слышу уже не только от Натальи, но и от них.

- Они тоже одни из первых моих клиентов, - смеется художница, поправляя черную бандану. Этот аксессуар весьма полезен в ее работе – придерживает светлые волнистые волосы, спускающиеся до самых плеч, чтобы не мешались.

- А свою студию ты сама решила открыть или посоветовал кто-то?

- Сначала работала дома и на выездах, но это не очень удобно - нет элементарных условий да и группа поддержки клиента мешает. Ездила работать в Екатеринбург. Потом близкие мне люди стали говорить, что пора уже свою студию открывать. Да вот сами у них спросите – смеется Наташа, указывая на своих друзей. Соня энергично кивает и добавляет:

- Краски хорошие, дорогие сама покупает, а делает за гроши! Народ все идет и идет - зачем упускать такой шанс. Чего мы ей только не предлагали – и вагончики всякие, и комнатки, и офисы.

- После открытия своей мастерской клиентов стало больше?

- Конечно, больше. Некоторые приходят просто поинтересоваться, узнать цену. Спрашивают «А сколько машинка для набивки рисунка стоит?» и говорят: «Нам проще самим ее собрать из бритвы, струну заточить, пасты гелевой купить за 5 рублей. Себе сделаем и на пиво заработаем». Конечно, проще и дешевле – де­лайте. Только о последствиях задумайтесь. Самое важное правило для мастера тату - стерильность. Ну и без профессионального оборудования, качественных игл и красок не обойтись. Большое значение имеет и мастерство... В общем, очень много тонкостей, как в любой другой работе. Это на первый взгляд все кажется легко и просто - на бумаге линию стереть можно, а на коже…?

- А от чего зависит цена на тату?

- От сложности рисунка, плотности забивки, состояния кожи, места расположения татуировки и, конечно, от количества затраченных игл(одноразовых!). На одной и той же площади можно разместить разные по стоимости работы. Элементарные черные, естественно, дешевле безконтурных (теневых) работ, работ с большим набором цветовой гаммы, деталей, но это не так дорого, как кажется. Да и всего один раз, на всю жизнь… - Наташа достает ручки и рисует на бумажке звезду, продолжая объяснять наглядно, - Вот, у нас есть звезда, размером со спичечный коробок. Если мы ее делаем на лопатке, где кожу практически растягивать не нужно (рисунок получается почти по размеру эскиза),то цена будет одна. А если на животе (при растяжении вместо звезды со спичечный коробок там выходит огромная звездень - всю эту площадь необходимо прокрасить) - расход краски возрастает и цена тоже.

Во время разговора я рассматриваю фотоальбом с работами. Кроме обычных фотографий встречаются фото с надписями «до, автор неизвестен» и «после». На первых непонятно что (некоторые просто ужасные), второй вариант впечатляет – из любого сложного случая Наталья найдет красивый выход.

- Делают не только для красоты, но и чтобы шрамы замаскировать, старые тату закрыть, кто-то с мистическим значением - словно читая мои мысли, говорит художница. – Люди приходят самые разные – мальчики, девочки, взрослые, молодые, старые, разного социального статуса. Иногда просят сделать татуировку из тех, что в моем фотоальбоме, но одно из правил татуировщиков – не делать одинаковые работы и не копировать других мастеров.

- А если к вам придет 14-летня девочка, с большим количеством денег и попросит сделать татуировку – сделаете?

- До 18 лет только с письменного разрешения родителей. Или они сами ребенка приведут – такое тоже бывает. А вообще, если вижу, что человек неуверен – домой отправляю, подумать и деньги, которые могли быть моими – тут не важны. Это ведь дорого, больно и навсегда, - она взглядом указывает мне на табличку со словами, которая висит на стене.

- А ваш сын тоже делает татуировки?

- Иногда. Для него это хобби, не более. А для меня – смысл жизни.

Рабочий день подошел к концу, студия закрывается, и мы вместе с ее друзьями отправляемся на улицу. Но далеко уйти не успели, к нам подходит мужчина и расспрашивает о ценах на татуировки. Узнав их, морщится и, уходя, заявляет: «Да я могу на дому за пак пива сделать». Наверное, спустя несколько лет в ее альбоме появится новый снимок «до» и «после» от этого господина.

Спустя несколько минут появляется Егор – сын Наташи. Бодренько здоровается с нами, совсем как мама, из-под рукава выглядывает та самая первая татуировка – яркая, по-прежнему красивая. Они уезжают, а я иду по городу и украдкой разглядываю людей – вдруг где встретится маленькое, живое, красивое произведение искусства необычной сысертской художницы Наташи.

ЗАПОМНИ!
Если кто-то тебе сказал, что есть татуировки на 2-3 года, не верь! Единственная временная татуировка – хной. Она держится около двух недель. А если сделать тату нестойкой, разбавленной или, еще хуже, не предназначенной для этого краской, то результат может быть непредсказуемым! Полностью рисунок не сойдет, кожа на этом месте уже никогда не станет такой как была. От рисунка останутся лишь размытые очертания – синие кляксы! Хорошо подумай, прежде чем сделать себе рисунок!

(с) газета "Маяк", 25 июня, 2009 год, г. Сысерть.

Жизнь в ритме танца

Секунда тишины, а затем из огромных колонок нескончаемым потоком рвется наружу зажигательная музыка! Кажется, что звуки словно раздвигают в сторону толпу людей, собравшихся в одном из торговых центров Екатеринбурга. Присмотритесь внимательнее – это не музыка, а ее верные спутники – танцоры завоевывают все свободное пространство. Что же происходит? Танцевальный конкурс, где каждый может показать все, на что он способен.

Среди толпы танцоров стоит наш земляк – Артем Партин. Он внимательно следит за другими участниками, а вскоре и сам выходит на танцевальный ринг. Динамичный зажигательный танец с оригинальными и порою смешными элементами привлекает к себе внимание. Впрочем, как и сам танцор.

Артему всего 18 лет, однако за свою жизнь скучать ему не пришлось. Активный, энергичный мальчишка в школьные годы буквально прописался в стенах нашего центра досуга – молодежный клуб «Поколение», танцевальное объединение «Квинс», а потом неожиданно вырос и превратился танцора с большими планами на будущее. О том, что такое уличный танец, с чем его едят и где учатся мы сегодня и поговорим.

- Великие художники рисуют с самого детства, математики – внимательно пересчитывают пальцы на руке у матери… А ты танцуешь с пеленок?

- Ну да, с самого детства. Пробовал себя в разном и лишь три года назад нашел свой танец. Это смесь нескольких танцевальных стилей – хип-хоп, поппинг, хаус, тектоник, немного брейкинг, поп-дэнс, крамп и другие. В общем, это стрит-дэнс – уличные танцы.

- Сам танцуешь или в танцевальном объединении?

- Вообще, начал с данс-проекта Unidance – это двухмесячная программа обучения популярнейшим в Европе и США стилям современного танца. Интенсивные занятия проводятся звездами мировой танцевальной сцены из Франции, Москвы и Питера. О том, что она проходит в Екатеринбурге, узнала моя мама – увидела рекламу. Это как раз и было три года назад, после – сразу понял, чем хочу заниматься и как танцевать.

- Что было после этого проекта?

- Учился в школе в Сысерти, посещал МК «Поколение», там же практиковался в танцах, участвуя во всех конкурсах и мероприятиях. Кроме того, занимался самостоятельно, с видеоуроками и танцевал, где хотел – на улице, в подъезде, клубе…

- Но вот ты закончил школу… Куда направился дальше?

- Учиться. Поступил на факультет современного танца в Гуманитарный университет. С сентября прошлого года начал заниматься в студии танца «K-Dance club». Там, кстати, очень хороший педагог – Ваня Зайцев, профессионал, с большим танцевальным опытом. Мы с ним сдружились, станцевались. Правда, сейчас зани­маюсь в другой студии - Dance «Z» studio, потому, что Ваня перешел работать туда, а расставаться с ним не захотелось.

- А как складываются отношения с теми, кто танцует вместе с тобой? Наверное, есть конкуренция…

- Ребята в студии в основном моложе меня, но есть и старше. Я не считаю людей, которые со мной занимаются, конкурентами. Все мы совершенствуемся, и этому пути нет конца, - улыбается он.

- Помнится, мы встретились на одном из танцевальных конкурсов. Ты часто в них участвуешь?

- Ну, конкретно конкурсами назвать это нельзя. Это скорее просто тусовка, на которой собираются танцоры со всего Екатеринбурга и показывают, что могут. Эти мероприятия называются Street Dance, так как проходят они чаще всего на улице.

- Расскажи о последнем, где был.

- Да вот, на днях, собрались в ТЦ «Гринвич», на третьем этаже (там, где кинотеатр «Титаник Синема»). Столько впечатлений – словами не описать. Это надо было видеть!

- Быть может, мы тебя увидим и на сысертской сцене когда-нибудь… Артем, а какие у тебя планы на будущее?

- Танцы и только танцы. Думаю, когда-нибудь собраться и в Америку махнуть, у крутых хореографов позаниматься. Кроме того, хочу преподавать, уже сейчас мастер-классы могу проводить. В общем, думаю, я уже достиг какого-то уровня, но не собираюсь на этом останавливаться. А уж от танцев точно никогда не откажусь!

Чем отличается работа от увлечения и учебы? И кто сказал, что их нельзя объединить? Именно так и поступает современная молодежь, сочетая в своей жизни работу, хобби и образование. Яркий пример тому – Артем Партин. Так что если вы заметите на улице улыбающегося парня, который на первый взгляд очень странно двигается – не считайте его сумасшедшим. Просто он каждую секунду живет в ритме танца!

(с) газета "Маяк", 25 июня, 2009 год. г. Сысерть. 

Новые игрушки наших детей

Друзья часто собирались у Светы дома. Они веселились, слушали музыку, пили пиво, курили травку. Они называли это баловством, а косячки с травой – игрушками. Вскоре Света узнала что такое «порошок» и научилась «ловить кайф». В один из весенних дождливых вечеров друзья вновь пришли к девушке в гости. Дверь им открыла заплаканная мать в черном платке: «Светы больше нет…».

Таких трагических историй много, все они разные, кажется, совершенно непохожие друг на друга. Но их объединяет две вещи – молодость и наркотики. Начинается все с малого – с алкоголя, сигарет, компании друзей и легких наркотиков. Конопля, гашиш, по мнению большинства опрошенных молодых жителей Сысерти, не наносят сильного вреда и не вызывают привыкания к наркотикам. Сказать проще, многие вполне допускают их присутствие в своей жизни. Но ведь именно с них все начинается и не всегда заканчивается хеппи-эндом.

Мне удалось откровенно побеседовать с двумя ребятами, не раз употреблявшими «дурь»:

- Когда вы в первый раз попробовали легкие наркотики?

Маша, 17 лет:  - В феврале прошлого года. У меня дома часто засиживались друзья, они иногда приносили с собой травку. В один из вечеров предложили и мне. Не стала отказываться. Первые ощущения были непонятными, а уже потом пришла легкость, «поймала кайф». Уже после одного затяга все вокруг становилось смешным. Мы смеялись над всем, хотя в нормальном состоянии на некоторые вещи вообще внимания не обращаешь. Мои родители естественно об этом не знали, и даже когда я приходила домой накуренная, они ни о чем не догадывались. Я не против покурить и сейчас, мне эти ощущения нравятся и отказываться от них я не хочу.

Стас, 20 лет: - Лет в 16. Я даже не знаю, что именно я пробовал – гашиш, коноплю… Для нас это была просто «дурь». У меня были друзья, сейчас я ними уже не общаюсь, так вот они практически постоянно накуривались. Я был с ними, но всегда отказывался. Со стороны на них смотреть было забавно, как будто смотришь на выходки пьяных будучи трезвым. Однажды мне самому захотелось попробовать. Почему? Да просто – захотел. Ощущения - непривычные, новые, так как я в это время вообще не курил, в том числе и простые сигареты. Потом возникли всякие ощущения, которых в обычной жизни не поймаешь.  Где-то раз пять еще пробовал, а затем надоело. Я узнал ЧТО это, о чем так восхищенно говорили мои друзья, и интерес пропал.

- Приносят ли наркотики вред?

Маша: - Уверена в том, что конопля вообще не наносит никакого вреда. Она не вреднее сигарет. Химические наркотики (план) сильно действуют на психику – они сушат мозг. Однако, если бы я узнала, что кто-то из близких мне людей начал принимать наркотики, я бы поговорила с ним. Если разговор ни к чему не приведет – не стану больше ничего делать. Это его жизнь, его выбор. И если он умрет, то я не буду чувствовать себя виноватой – я сделала все что могла.

Стас: - Вред? Не знаю. Для кого-то может быть и есть. Это зависит от здоровья.  Если мой друг начнет курить – я бы ничего не стал делать такого основательного до той поры, пока его потребность не посягнула бы на мою жизнь, на мои интересы. В конце концов, это его дело. Нравится курить – кури.

- Где достать травку в Сысерти?

Маша: - К нам траву привозят из города. Один пакетик стоит где-то рублей двести. Распространители – все сысертские. Но постоянных нет – опасно это.

Стас: - Кто в этом заинтересован – знают, а я – нет.

- В городе не первый год проводятся акции направленные на борьбу с наркоманией. Эффективны ли эти методы борьбы, замечали ли вы, как борются с наркотиками? 

Маша: - Да никак. Если только на словах. Устраивают время от времени акции типа «Наркостопа» и все. Эффективным методом борьбы может стать разве что официальное разрешение конопли (как в Амстердаме). Но не думаю, что наш народ к этому готов. Воспитание не то.

Стас: - Раньше проводили рейды по подвалам, сейчас – не знаю. Но, например, приехали двое милиционеров, заглянули в подвал, увидели ребят. Один посидел с ними, выпил, покурил и сказал: «Сворачивайтесь, ребятки, другие приедут – точно заберут». И уехали. Ребята сделали моральный вывод – больше в этом подвале не сидели. Нет эффективных методов борьбы. Если садить пожизненно – то это будут делать тайком. Или такой, утопический вариант – заменить наркотики чем-нибудь другим. Увлечь чем-то новым. Прежде чем забирать у ребенка игрушку – дайте ему другую.

По данным социологического опроса наркотики уже не являются чем-то новым и запретным. За несколько лет интерес у молодежи к ним существенно снизился. Но по-прежнему есть люди, готовые отдать последние деньги за пакетик конопли или плана. И многие из них – будущее нашей планеты, наши дети.  Что же делать? Запрещать? Бороться? Разрешить? Или, действительно, найти новую игрушку для уже взрослых детей?

Имена героев изменены.

(с) газета "Маяк", 26 июня 2008 год, г. Сысерть.